Вероятно, быстрые и суровые распоряжения законника вызвали у остальных такое чувство, словно захлопнулась ловушка или западня. Во всяком случае, Буллен внезапно вспыхнул или, вернее, взорвался, потому что голос его прозвучал в тишине парка подобно взрыву.

- Я даже не дотронулся до него! - закричал он. Клянусь, я не причастен к этому!

- Кто говорит, что вы причастный, - спросил Харкер, пристально взглянув на него. - Отчего вы орете, прежде чем вас ударили?

- А что вы так смотрите на меня? - выкрикнул молодой человек со злобой. - Думаете, я не знаю, что мои проклятые долги и виды на наследство вечно у вас на языке?

К великому удивлению Марча, Фишер не принял участия в этой стычке. Он отвел герцога в сторону и, когда они отошли достаточно далеко, чтобы их не услышали, обратился к нему с необычайной простотой.

- Уэстморленд, я намерен перейти прямо к делу.

- Ну, - отозвался тот, бесстрастно уставившись ему в лицо.

- У вас были причины убить его.

Герцог продолжал глядеть на Фишера, но, казалось, лишился дара речи.

- Я надеюсь, что у вас были причины убить его, продолжал Фишер мягко. - Дело в том, что стечение обстоятельств несколько необычное. Если у вас были причины совершить убийство, вы, по всей вероятности, не виновны. Если же у вас их не было, то вы, по всей вероятности, виновны.

- О чем вы, черт побери, болтаете? - спросил герцог, рассвирепев.

- Все очень просто, - ответил Фишер. - Когда вы пошли на остров, Гук был либо жив, либо уже мертв. Если он был жив, его, по-видимому, убили вы: в противном случае непонятно, что заставило вас промолчать. Но если он был мертв, а у вас имелись причины его убить, вы могли промолчать из страха, что вас заподозрят. - Выдержав паузу, он рассеянно заметил: - Кипр - прекрасный остров, не так ли? Романтическая обстановка, романтические люди. На молодого человека это действует опьяняюще.